Все больше россиян думают, что их страна "только для белых", и это приводит к насилию, которое заканчивается трагически
Взрыв, поднявший на воздух небольшое кафе на Черкизовском рынке на востоке Москвы в понедельник, убил на месте восемь человек, в том числе двоих детей четырех и пяти лет. Еще два человека умерли в больнице, и число смертельных исходов может еще возрасти: состояние 11 из 35 раненых крайне тяжелое.
Это был жестокий удар, и многие на Западе, давно знакомые с тактикой чеченских боевиков, могли бы сначала прийти к выводу, что это очередной фронт войны с терроризмом – акт беспорядочного насилия исламистских боевиков, которые хотят принести как можно больше смерти и крови на Запад, будь то США Джорджа Буша или Россия Владимира Путина.

Вот только большинство убитых – это узбеки, таджики, китайцы и вьетнамцы, "черные" и "чурки", как пренебрежительно называют их русские националисты, в чем им все чаще беззаботно вторит среднестатистический россиянин. Во вторник представители правоохранительных органов сказали, что обнаружили виновных, ими оказались трое русских по национальности студентов московских вузов.

Подозреваемые решили, как сказал прессе прокурор Москвы Юрий Семин, что на рынке "слишком много лиц азиатской национальной принадлежности". Как бы чудовищно это ни звучало, эта позиция становится все более распространенной в современной России. Именно поэтому, даже если двое арестованных подозреваемых действительно виновны, они вполне могут легко отделаться. В условиях, когда 52% россиян поддерживают лозунг "Россия для русских" и когда все больше людей симпатизирует тем, кто нападает на иммигрантов, суд вполне может проявить снисходительность. "Расистские нападения происходят в России с шокирующей регулярностью, и правительство увиливает от ответственности и не борется с этой проблемой", – говорилось в мае этого года в отчете Amnesty International по преступлениям на почве ненависти. Согласно московскому бюро Human Rights, в прошлом году по причине расовой ненависти были убиты 10 человеке, а в первом полугодии этого года – 18, не считая десяти человек, погибших от взрыва на Черкизовском рынке.

В сентябре прошлого года в суде Санкт-Петербурга слушалось дело неонацистской группировки, известной как "Шульц-88", обвиняемой в многочисленных нападениях на расовой почве. Главарь группировки получил шесть лет, а три его "штурмовика" – по три года условно каждый. Одного отпустили, поскольку он оказался несовершеннолетним. А члена группировки Алексея Вострокнутова отпустили за отсутствием доказательств.

Я встречался со штурмовиками "Шульц-88" в июле 2004 года. Один из них назвался Алексеем, но не назвал своей фамилии, потому что находился под судом по тому же делу. Он провел полгода в камере предварительного заключения, но потом его отпустили. Алексей бахвалился количеством "чурок" и "жидов", на которых он совершил нападения. "Я мне плевать, кто из них умер". Другого Алексея в деле о группировке не было, стало быть, именно его они отпустили. Он знал, что может спокойно хвастаться.

За день до этой встречи я разговаривал с Юрием Беляевым, лидером санкт-петербургской неонацистской "Партии свободы". Когда мы говорили, он наклонился поближе к моему диктофону, чтобы ни одного его слова не было упущено, и очень отчетливо произнес: "Я хочу сообщить: сириец, который, как говорят, умер в метро в результате несчастного случая – это был не несчастный случай. Его столкнул лидер моей группировки скинов по прозвищу Валтрун".

Беляев тоже знал, что ничем не рискует. Он поддерживает Путина и верит, что президент разделяет некоторые из его целей. "Он за то, чтобы вычистить чурок, и за сильную Россию, как и мы", – говорит Беляев. Осенью 1999 года после террористических взрывов жилых домов в Москве и других городах России тогда еще премьер-министр Путин пообещал "мочить террористов в сортире". Неонацисты, как и многие россияне, – которые оскорбились бы, если бы их назвали нацистами, – поняли это высказывание в том же ключе, что и Беляев – фактически как лицензию на убийство. Я очень часто слышал его от офицеров, воевавших в Чечне.

Это правда, что накануне саммита G-8 правительство Путина должно было показать, что оно очистило Санкт-Петербург: милиция застрелила 22-летнего скинхеда, назвала имя главаря группировки неонацистов, обвиняемого в убийстве африканского студента и сопротивлении аресту. Но несмотря на эту демонстрацию силы, преступления на почве ненависти не прекратились ни в Санкт-Петербурге, ни где-либо еще. Через неделю после саммита "большой восьмерки" суд присяжных в городском суде Санкт-Петербурга оправдал четверых националистов, обвиняемых в убийстве африканского студента. Публика в зале суда аплодировала и кричала судьям "молодцы" и "спасибо".

Около недели назад банда скинхедов до полусмерти избила таджикского мальчика в московском дачном поселке, где я живу. Члены другой банды напали и закололи ножами двоих дагестанцев в пригородной электричке. А многие такие случаи властями даже не регистрируются.

Чего многие россияне не понимают, так это того, что, когда они используют словарь расовой ненависти, произнося "черные" и "чурки", они подкармливают призрак фашизма, даже если сознательно не поддерживают его. И этот призрак выходит из-под контроля.

В июле 2004 года Алексей из "Шульц-88" сказал мне: "Пришло время наших шахидов и наших взрывов". Он имел в виду группировки или отдельных людей, которые создали бы нацистскую "Аль-Каиду" через интернет. Два года назад я думал, что правительство может справиться с этой гнилью за неделю. Взрыв в понедельник, судя по всему, указывает на то, что теперь уже слишком поздно – даже если бы правительство этого хотело.

Юрий Зарахович

.inopressa.ru